— Полицейские ищейки?! Вы хотите сказать, что они не собираются дожидаться даже завтрашнего дня и решения кабинета?!

— Нет, не волнуйтесь, речь пока идет только обо мне. Немного повредил имущество крулчского военного флота, да к тому же не совсем вежливо отодвинул с дороги гаспера-полисмена.

— Я предупреждал вас, Ретиф! — с торжественной печалью изрек посол. — Предлагаю вам сдаться на милость победителей и просить у них пощады. Если вам повезет, вас отправят как и всех нас на рудники. Я лично замолвлю где надо за вас словечко…

— Нет, это не входит в мои планы, сэр, — ответил Ретиф. Он направился к двери. — Но все равно благодарю вас за заботу. Постараюсь вернуться до того, как гасперы решатся на что-нибудь непоправимое. Как бы то ни было, ваша крепость пока в этой комнате. Если они придут за вами раньше, начните стыдить их, цитируйте дипломатический кодекс и прочее в том же роде. Уверен, это расхолодит их.

— Вы сказали о том, что у вас есть какие-то планы?! Я решительно запрещаю вам…

Ретиф быстро вышел из комнаты и плотно прикрыл за собой дверь, тем самым избавив себя от выслушивания излияний посольской мудрости. В коридоре, в нескольких шагах от комнаты Шипсхорна стоял полисмен. Увидев выходящего землянина, он взял свое оружие наизготовку, открыл рот для того, чтобы что-то сказать, но Ретиф его опередил.

— Все нормально, вы можете отправляться домой, — сказал он на языке гасперов. — Ваш шеф передумал. Он счел, что нарушение неприкосновенности жилищ представителей земной миссии и слежка за ними — пока чересчур жесткие меры. Неадекватные моменту. В конце концов ведь крулчи еще не победили, не так ли?

Полисмен изумленно посмотрел на землянина, потом неуверенно кивнул.

— Верно… Но откуда тебе это известно?!

— Я только что мило поболтал с господином капитаном. Этажом выше.

— А, ну если он разрешил тебе спуститься сюда, тогда действительно все в порядке.